top of page

Школьникам Нижневартовска помогают выбрать профессию


От школьной скамьи до момента становления личности. Александр Яковенко рассказывает, как молодежи помогают выбрать профессию.

В 2018 году анкетирование, проведенное при поддержке департамента образования администрации Нижневартовска среди школьников 8-11 классов, показало, что 35% опрошенных до сих пор не сформировали своего представления о будущей профессии. Вроде бы, пустяки, но на самом деле такая ситуация порой сильно осложняет жизнь: риск сделать спонтанный выбор и потом жалеть очень велик. Как решить непростую задачу, рассказал координатор проекта «Выбор профессии, выбор судьбы».

– Наша деятельность началась в рамках организации «Работающая молодежь Нижневартовска», которую мы создали в 2008 году. У нас было несколько направлений, связанных с развитием молодого человека со школьной скамьи до момента становления личности. Одно из них – выбор профессии и трудоустройство. В вопросе профориентации у нас многие, что называется, промахиваются. Потому, что этим мало занимаются профессионально. Когда мы приходим в ссузы и вузы, видим студентов, которые часто занимаются тем, что им не по душе.

– Как же определить верный путь?

Смотрите, с тем же спортсменом понятно, потому что чаще всего видны специальные задатки. Есть секция и есть тренер, который его ведет к результату. То же самое с творчески одаренными людьми. А как быть потенциальным инженерам? С технарями вообще сложно. Эйнштейна до поры до времени вообще считали неполноценным. Помощь молодежи в выборе профессии не выстроена. Прикладных студий, где ребенок мог бы раскрыться в профессии, почти нет. Кружки юного техника остались в прошлом. Нужен инструмент, который поможет детям в профессиональном самоопределении.

– Как это все конкретно работает?

– У нас есть сайт, где размещены тесты. Мы работаем с департаментом образования, они рассылают наши рекомендации в школы. Дети проходят эти тесты и определяют личные предпочтения, склонности, объект труда: «человек – человек», «человек – техника», «человек – информация» и так далее. Здесь можно посмотреть, у кого что развито. У кого-то таких направлений может быть два-три, у кого-то одно. Далее проводится более глубокое самоисследование. Его мы проводим очно для параллели классов в какой-то школе. Здесь определяется перечень из 5-15 профессий, которые подходит ребенку. Помимо сферы деятельности человек должен выбрать принцип выполнения работы. Кто он, организатор, инженер или исполнитель. Это тоже очень важно. Так выявляется потенциальная профессия.

Конечно, в идеале человек может определиться сам. Вот у меня есть парикмахер, она говорит: «Вообще никаких сомнений не было, я не хотела ни в ссуз, ни в вуз. После 9-го класса прошла курсы ДПО, получила профессию и стала работать». Сейчас у нее уже бизнес, свой салон, работники в найме. Человек занялся любимым делом и реализовал себя. Но это скорее исключение.

Исходя из полученных данных, мы составляем индивидуальный план развития, доводим его до родителей. Если у них свое видение ситуации, то они могут обратиться к нам. Тогда начинается согласование интересов, поиск учебного заведения и переговоры с работодателями. Итогом становится ярмарка вакансий, где мы по итогам обучения студентов должны устроить на работу.

– Вы и с трудоустройством помогаете?

– Это финальный этап. И он очень непростой. Обращаются работодатели и говорят, какие нужны специалисты. Например, сейчас не хватает строителей. Только 27% выпускников колледжа идут по специальности. Не хватает рабочих в нефтесервисных компаниях, хотя их выпускают регулярно. Государство потратило деньги, ребята потратили время, а работать некому. Малый процент эффективности. Мы хотим довести его до 80%. На ярмарке вакансий сводим молодых специалистов и работодателей. У нас есть проект «Все работы хороши». Это составная часть проекта «Выбор профессии – выбор судьбы». Получается полный цикл: мы берем школьника, предлагаем ему траекторию, определяем учебное заведение, работодателя, жизненные перспективы. Он получает образование и устраивается на работу.


– Кого в первую очередь устраиваете? На какие профессии есть спрос?

– Наша молодежь больше нацелена на нефтянку. Это химическая, нефтехимическая, энергетическая отрасли. То есть технические специальности превалируют. Проект наш (он работает в рамках федерального проекта «Славим человека труда») направлен на поиск таких кадров. Есть ребята, которые поступают в нефтяной техникум, но это не их специальность. Мы их тестируем, и выясняется, что им подходит туристический бизнес. Нужно переводиться в социально-гуманитарный колледж. Мы оказываем помощь.

– Чаще всего выпускники не работают по специальности потому, что не устраивают условия труда: низкая зарплата, отсутствие соцпакета, переработки.

– Вот поэтому нужно работать с работодателем и разъяснять ему, почему не идут специалисты. Поэтому я говорю, что нужен координационный совет по трудоустройству при администрации. Он бы давал рекомендации, рассказывал, какая ситуация на рынке труда. В «Перекрестке» платят 50 тысяч и на производстве 50. Зачем я пойду на тяжелую работу, если можно сделать проще?

Нужно поднимать зарплату. Крупные корпорации могут себе это позволить. Те же нефтяники получали в полтора-два раза больше, поэтому туда шли. Это было престижно. А сейчас нефтяников уравняли с остальными, и возникла проблема. Конкурентное преимущество – в уровне заработной платы. Здесь помощь координационного совета нам бы очень понадобилась.

– Каким образом можно было бы наладить систему ДПО (дополнительное профобразование), чтобы школьники, еще учась в старших классах, могли получать специальность?

– Пока она сведена к тому, что просто выдают корочки. Сейчас много учебных центров, где за определенную сумму можно приобрести нужный документ. В лучшем случае будет какое-то элементарное обучение, без практики. А тут важность в прикладном характере. В среднем профессиональном образовании уже ввели демонстрационный экзамен, где выпускник должен руками показать то, чему он научился. К ДПО должны быть такие же требования. То есть у центра должен быть полигон для занятий. Они есть в колледжах. Те, кто не поступил с средне-специальные заведения, могут в 10-11 классах учиться в школе, а на полигонах получать рабочую специальность. Например, РН-сервис готов у себя проводить обучение, просит людей. Они пришли к пониманию, что это нужно делать. По сути, это реновация системы, которая была в Советском Союзе.

– В идеале нужно восстанавливать предмет «труд» в школах и систему учебно-производственных комбинатов?

– Это вполне реально. Нужно вести информационную кампанию. Вот как по борьбе с алкоголизмом. Только тут за восстановление. На уровне госкорпораций есть понимание, что не хватает кадров. Наши депутаты это видят. Нужно поднимать проблему на региональный уровень, приглашать депутатов Госдумы. Министерство просвещения профориентационный минимум уже вводит в школах. Правда, непонятно, как он будет работать. У школ много вопросов. Мы готовы им помочь, выступить в качестве экспертов, совместив федеральную программу с нашей.

– Можно говорить об итогах вашего проекта? Больше ли школьников стали правильно выбирать профессию?

– Через нашу систему прошли 7518 человек. Мы сейчас на уровне курсов самоисследования и индивидуального плана профессионального развития. Итог будет, когда дети, которые пошли по выбранной траектории, трудоустроятся. Сейчас можно только прогнозировать. Проект работает с 2020, то есть два с половиной года.

– А каков полный цикл?

– Семь лет. Тогда будет понимание, насколько методика эффективна.

– Вы работаете на средства грантов?

– У нас были гранты, но сейчас нам отказали на федеральном и региональном уровне. Надеемся только на местные и на собственные силы. Хотим сделать проект самоокупаемым.

Ранее мы рассказывали, что в Нижневартовске прошел федеральный этап всероссийской ярмарки трудоустройства.


Ссылка на источник: https://mvremya.ru/article/20405/

70 просмотров
bottom of page